Язык, сотворение и внутренний человек

Др. Генри Моррис

Наверное, самой важной физической способностью, отличающей человека от обезьян, является его удивительное умение говорить. Способность общаться с представителями своего собственного рода через абстрактную и символическую речь свойственна только людям, и эволюционисты никогда не могли заполнить огромную пропасть, лежащую между этой способностью человека и хрюканьем, гавканьем и щебетаньем животных.

Конечно, со стороны некоторых исследователей мы слышали нелепые заявления о возможности обучения говорить, например, шимпанзе. Либо они выдвинули еще более находчивые предположения о том, что звуки животных могли эволюционировать в человеческий язык. Однако подобные заявления и предположения не основываются на реальных результатах научного наблюдения или фактах.

Мозг человека очень сильно отличается от мозга шимпанзе, особенно в области, которая отвечает за речь. Исаак Асимов отметил:

«Как только появилась речь, человеческое существо научилось передавать и принимать мысли; люди могут советовать, учить, находить информацию … Затем, после появления речи, быстро произошла эволюция интеллекта. У шимпанзе отсутствует извилина Брока, но у него могут быть задатки общения, которые могли бы быстро развиться, если бы эта часть мозга шимпанзе эволюционировала».1

К сожалению, у людей появился мозг, способный абстрактно мыслить и разумно говорить (даже если все, что необходимо для речи, это и в самом деле «извилина Брока»), не просто потому, что «эволюция» посчитала его полезным и создала его. Два известных авторитета в области предполагаемой эволюции человека, Дэвид Пилбим и Стивен Гоулд, антрополог из Йельского университета и геолог из Гарвардского университета, соответственно, отметили, что форма человеческого мозга представляет собой не просто репродукцию обезьяньего мозга в увеличенном размере, а совершенно другую по качеству структуру.

«Homo sapiens является в этом отношении удивительным исключением среди приматов, поскольку у нас эволюционировал большой мозг и маленькое лицо, в отличие от того, что мы должны были бы иметь при нашем размере. Australopithecus africanus имеет округлую черепную коробку, так как это относительно маленькое существо. Homo sapiens имеют эту особенность потому, что у нас эволюционировал крупный мозг, и мы обманули ожидания отрицательной аллометрии. Это подобие случайно, оно не представляет никаких доказательств генетического сходства».2;

Хотя креационисты не разделяют доверчивой веры эволюционистов в то, что уникальный мозг человека просто «эволюционировал», они согласны с мнением о том, что эта уникальность установила огромную пропасть между человеком и любым другим животным.

По мнению эволюциониста Джорджа Гайлорда Симпсона, существует небольшая возможность проследить эволюционную связь между животными и людьми, что касается языка.

«Человеческий язык полностью отличается от любой другой системы общения, присутствующей у других животных... Это, конечно же, возможно, но маловероятно, чтобы мы когда-нибудь узнали, когда и как наши предки впервые начали разговаривать».3

Так как Симпсон – биолог и палеонтолог, а не лингвист, некоторые молодые специалисты в области лингвистики могут почувствовать, что он берется не за свое дело, размышляя о возможности отследить эволюционное происхождение человеческого языка. Однако большинство современных лингвистов считают доктора Ноама Хомски, профессора лингвистики из Массачусетского института технологий, «самым известным в мире лингвистом» (именно так назвал его недавно доктор Джон Оллер, декан кафедры лингвистики университета штата Нью-Мексико, обсуждая с ним этот вопрос). Доктор Хомски отметил:

«Человеческий язык является уникальным явлением, которое не имеет аналога в мире животных».4

Относительно того, были ли когда-нибудь проложены эволюцией мосты через огромную пропасть между звуками животных и человеческой речью, доктор Хомски сказал:

«Нет никакой причины думать, что эту пропасть можно преодолеть. В данном случае допускать эволюционное развитие «высших» стадий от «низших», имеет не больше оснований, чем предположение об эволюционном развитии от дыхания до способности ходить».5

Другими словами человеческую речь вообще нельзя ни с чем сравнить!

Лежащее в основе единство человеческого языка

Хомски и многие другие современные лингвисты установили не только отсутствие связи между звуками животных и человеческой речью, но также и то, что существует глубокая общность между основными мыслительными моделями всех людей, независимо от того, насколько разнообразными могут быть их индивидуальные языки. Т.е., между всеми человеческими языками отмечается фундаментальная связь, а между «языком» животных и языком человека нет никакой связи».

В проведенном недавно важном исследовании, доктор Гантер С. Стент (профессор молекулярной биологии из Калифорнийского университета в Беркли), сделал другое заключение на основе исследования Хомски, что человек имеет определенную основную суть, которую просто невозможно постичь путем научного анализа.

«Хомски отмечает, что грамматика языка представляет собой систему трансформационных правил, которые устанавливают определенное соединение звуков и их смысл. Она состоит из синтаксического, семантического и фонологического компонентов. Поверхностная структура содержит важную для фонологического компонента информацию, тогда как глубокая структура содержит информацию, имеющую значение для семантического компонента. Синтаксический компонент соединяет вместе поверхностную и глубокую структуры».6

Хомски и его коллеги разработали то, что они называют структурной лингвистикой, которая содержит в себе концепции «глубокой» и «поверхностной» структур. Поверхностная структура включает обычный процесс перевода одного языка на другой. Лишь тот простой факт, что люди способны изучать другие языки, уже само по себе является свидетельством уникальности и фундаментального единства человеческой расы. Между людьми и животными такая возможность отсутствует.

«Глубокая структура» является основной самосознающей структурой мышления самого человека, а также его интуитивным формулированием различных мыслей и цепи рассуждений. Голосовые звуки, которые человек использует для передачи своих мыслей другому человеку, могут сильно отличаться у разных народов, но существует основная система мышления, которая является общей для всех людей.

«Семантический компонент остался неизменным и поэтому является «универсальным» аспектом универсальной грамматики, которая относится ко всем природным языкам мира. И это предполагаемое постоянство, которое сохранялось на протяжении долгого времени существования универсальной грамматики, можно приписать только прирожденному, наследственному аспекту человеческого разума. Следовательно, общая цель структурной лингвистики заключается в раскрытии этой универсальной грамматики».7

Предположительно если бы эту «универсальную грамматику» можно было бы когда-нибудь выявить, это ответило бы на вопрос о происхождении человеческого языка, а, возможно, его фонологической и синтаксической структур, а также его семантического содержания.

Уникальное происхождение человека

Эволюционисты, как и креационисты, в последнее время стали верить в монофилетическое происхождение всех народов и человеческих рас. Однако большинство ранних эволюционистов верило в полифилетическое происхождение человека, считая, что каждая основная «раса» эволюционировала отдельно от другой линии человекообразных. Конечно же, эта идея легко ведет к расизму, суть которого заключается в том, что одна раса врожденно превосходит другую расу. Т.е. если каждая раса имеет долгую, независимую эволюционную историю, медленно развивая свою самобытность путем длинного процесса случайных мутаций и естественного отбора, то можно сказать почти наверняка, что в каждой отдельной расе эволюция происходит с разной скоростью, и какие-то расы эволюционировали до более высокой ступени по сравнению с другими расами. Подобного расистского мнения придерживались все жившие в 19 столетии эволюционисты (включая Хаксли и Дарвина), о чем свидетельствуют многие документы.8

Однако современные эволюционисты отрицают расизм, который стал социологически непопулярным в двадцатом столетии. Теперь они согласны (с Библией), что «От одной крови Он произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли…» (Деяния 17:26). И хотя сегодня они практически единодушно заявляют, что все современные группы людей изначально произошли от одной отдельной популяции предков, они находятся в полном замешательстве относительно того, какими именно могли быть этот предки. Группы человекообразных существ под названием Австралопитек и Человек прямоходящий (Homo erectus) больше не считаются предшественниками человека, поскольку были обнаружены ископаемые настоящего человека, которые датируются временем до существования этих групп.

«Теоретики эволюции человека, которые, возможно, еще в полной мере не осознали всю значимость находки Лики в 1972 году, сегодня столкнулись с еще большей проблемой. Если представители рода человеческого уже жили и процветали четыре миллиона лет назад, то род человеческий впервые отделился от предковой линии приматов еще раньше. По словам Таеба и Йохансона: «Все существующие ранее теории относительно происхождения родословной линии, которая привела к появлению человека, необходимо полностью пересмотреть».9

Маурис Тег из Французского национального центра научных исследований и Д. Карл Йохансон из университета Западного резервного района Кейс, обнаружили три ископаемые человеческие челюсти в Эфиопии. В результате они пришли к заключению, что человек «старше», чем его предполагаемые «предки». Конечно же, креационисты не считают возраст этих челюстей, составляющий четыре миллиона лет, правильным. Они лишь обращают внимание на то, что «относительный» стратиграфический возраст должен быть «больше», чем стратиграфический возраст Питекантропа, Зинджантропа, Австралопитека и т.д., который принимается эволюционистами.

Эти открытия не только свидетельствуют о том, что уникальная структура тела человека (что подтверждается ископаемыми находками) всегда отличалась от структуры тела обезьян, но и о том, что человек всегда имел эту уникальную способность общения.

«Возможно даже, - заявляет Йохансон, - что человек имел некое социальное сотрудничество и своего рода коммуникационную систему».10

Поэтому, возвращаясь к самым истокам существования человека, насколько можно судить по археологическим раскопкам и антропологическому анализу, человек всегда был человеком, в культурном, лингвистическом, а также физическом и интеллектуальном смысле.

Происхождение различных языков

Представьте себе эту предковую популяцию людей, которая впервые появилась когда-то и как-то, то ли несколько миллионов лет назад в результате неизвестного эволюционного процесса от неизвестных эволюционных предков, то ли несколько тысяч лет назад, являясь потомками небольшой группы людей, выживших после глобального Потопа. В любом случае, они должны были иметь изначально прочное тело настоящего человека и иметь одинаковый язык и культуру.

Вопрос заключается в том, когда появились различные языки? Если «семантический компонент» языка, как утверждает Хомски, одинаков для всех людей, каким образом «фонологический компонент» стал таким разнообразным и неоднородным? Постепенные изменения можно вполне понять (как в случае постепенного сращения латинских слов, греческих слов, немецких слов и т.д., в результате чего образовался современный английский язык), но как могли настолько отличающиеся лингвистические системы, как Индоевропейские языки, агглютинативные языки Африканцев, и тоновые языки Монголов, когда-либо возникнуть от одного предкового языка?

Более того, наиболее древние языки кажутся наиболее сложными языками, как и языки наиболее явно «примитивных», живущих сегодня племен.

«Даже народы с наименее сложными культурами имеют очень замысловатые языки, со сложной грамматикой и большим словарем. Они способны давать названия вещам и обсуждать всё, что происходит вокруг. Самый древний язык, который можно полностью восстановить, уже является сложным и замысловатым с точки зрения эволюции».11

Кроме того, история любого представленного языка не только не показывает возрастающей сложности (как должно быть, если структура его пользователей предположительно эволюционировала до более высоких уровней сложности), но кажется, наоборот свидетельствует о неизбежном снижении сложности языка.

«Эволюция языка, по крайней мере, в пределах исторического периода, является историей возрастающего упрощения».12

По-видимому, необходимо предположить один из двух вариантов для того, чтобы объяснить эти странные лингвистические явления:

Первый вариант: Существовала первоначальная популяция людей, по меньшей мере, от 100000 лет и, возможно, до четырех миллионов лет назад, с очень сложным языком и культурой. Эта первоначальная популяция (её происхождение до конца неизвестно и вероятно необъяснимо с точки зрения эволюции) каким-то образом разделилась на множество отдельных популяций. После этого каждая из этих популяций развивалась самостоятельно на протяжении такого длительного времени, что исключительные свойства лингвистической фонологии и синтаксиса могли возникнуть как разрушительный пережиток предкового языка.

Второй вариант: Первоначальная популяция людей существовала несколько тысяч лет назад. Этот возраст подсчитан не только на основании Библии, но также и на основе известного времени существования цивилизации Шумера, Египта и других древних народов. Эта популяция некогда использовала гипотетический общий сложный предковый язык. Затем эта популяция каким-то образом разделилась на предполагаемые небольшие группы. Однако это разделение вовсе не представляло собой медленный эволюционный процесс на протяжении сотен тысяч лет. Скорее всего, оно произошло в результате своего рода травматического события, которое случилось, по сути, мгновенно, путем внезапного превращения одной фонологии в целый ряд явно и однозначно разных фонологий.

Дилемма лингвиста-эволюциониста

Обратите внимание на то, что ни первый, ни второй вариант не подходит для эволюционного толкования, поскольку ни один из них не объясняет появление первоначального предкового сложного языка, и в обоих случаях происходит последующее уменьшение (а не эволюция) сложности языка. Однако первый вариант больше нравится эволюционистам, так как огромные периоды времени, о которых упоминается, по-видимому, больше вписываются в униформистскую философию, а второй вариант явно предполагает катастрофические, даже сверхъестественные, события в человеческой истории.

Толкование на основе длительных периодов времени, обязательно включает эволюционную модель с её расистским подтекстом. Ибо, как могут в популяциях, разделенных на протяжении длительного времени, появиться настолько отличающиеся языки, если в этих же популяциях не появляются сильно отличающиеся физические признаки и умственные способности? До тех пор, пока эти люди были вместе или даже жили близко друг от друга и имели постоянное общение (и такая связь, несомненно, была бы им взаимовыгодна), у них оставался, по сути, общий язык. Они женились друг на друге и таким образом у них сохранялись общие физические и умственные особенности.

Однако языки, культуры и физические особенности на самом деле сильно отличаются и отличались с самых давних времен! Профессор генетики из Стэнфорда говорит:

«Когда мы смотрим на основные группы людей, мы обнаруживаем множество отличий, различимых даже невооруженным глазом... Вполне вероятно, что все эти отличия обусловлены генетически, но всё не так просто, как кажется. Например, что касается цвета кожи, то существует, по меньшей мере, четыре разных комплекта генов, которые отвечают за различную пигментацию».13

Если такое явное и заметное отличие как цвет кожи определяется таким сложным образом, и если все подобные генетические факторы изначально появлялись в результате мутации (как считают эволюционисты), то расовая сегрегация должна была происходить в течение очень длительного времени.

«Всему этому можно дать сегодня более простое объяснение: относительно небольшая группа людей начала распространяться вскоре посоле того, как появился современный человек. По мере своего распространения группы становились более разделенными и изолированными. Затем последовало разделение на расы. Пятьдесят тысяч лет – короткий промежуток времени по эволюционным меркам, и это может помочь понять, почему, говоря на языке генетики, человеческие расы относительно мало отличаются друг от друга».14

Более того, если такие явные отличия, как цвет кожи и морфологическое строение лица, могли появиться в результате мутации и отбора в течение 50,000 лет, за это время, несомненно, могли также возникнуть и отличия в умственных способностях. И эти способности имели бы большую ценность для выживания, чем цвет кожи. Здесь снова прослеживается явно расистский подтекст.

В действительности, как неоднократно отмечали креационисты, нет никаких эмпирических доказательств мутаций, приведших к какому-либо «благотворному» влиянию в природной среде либо на индивидуумов, либо на популяции, в которых происходили эти мутации. Различные физические изменения (цвет кожи и т.д.) намного лучше объясняются как сотворенные изначально генетические факторы. Эти генетические факторы были скрыты в генетической системе человека со времени его сотворения. Впоследствии они смогли раскрыться только в небольших популяциях, которые вынуждены были размножаться путем родственного скрещивания после отделения от предковой популяции.

Если первоначальная популяция была каким-то образом вынуждена разделиться на небольшие, репродуктивно изолированные группы, для проявления и закрепления разных физических характеристик (которые отображают сотворенные генетические факторы, уже присутствующие, хоть и скрытые, в более крупной популяции) в различных комбинациях в разных родовых группах необходимо было лишь относительно малое количество поколений. Вынужденная изоляция быстро повлекла за собой предполагаемое внезапное разделение предковой фонологии (разговорная речь) на ряд однозначно разных фонологий. Для этого не нужны были какие-либо травмирующие изменения, поскольку физические изменения легко и быстро образовались генетически в результате лингвистической сегрегации.

Кроме того, во время этого процесса не происходило никаких основных изменений в человеческой природе. Все люди продолжали «думать» так же и всё равно оставались исключительно людьми. Даже травматические изменения в «поверхностной структуре» не повлияли бы на «глубокую структуру» человеческого сознания и способности общения. Доктор Стент дает замечательный комментарий относительно этого вопроса:

«Из этого следует, что в ходе человеческой истории или, по крайней мере, со времени построения Вавилонской башни, сильно видоизменился только фонологический компонент». (курсив добавлен)

Ответ креациониста

Независимо от того, верит или нет доктор Стент в смешение языков у Вавилонской башни как в реальное историческое событие, для него, по меньшей мере, символичен тот факт, что такое разделение, должно быть, происходило, и никакой обычный эволюционный процесс не мог этого осуществить. Конечно же, для креациониста события в Вавилоне не только символичны, но и реальны. Сверхъестественное смешивание фонологий, а также произошедшее впоследствии расселение по всему миру народов и его логические генетические последствия в быстром появлении отличительных племенных характеристик (а не «расистских» - Библия ничего не знает о расовых видах эволюционной биологии), прекрасно соответствуют всем известным фактам филологии, этнологии и археологии.

К тому же, универсальное семантическое понимание человека уже является свидетельством его уникальности в этом мире и неспособности натуралистической науки постичь эту глубокую внутреннюю человеческую природу. Сам доктор Стент согласен с этим:

«Как бы глубоко мы ни исследовали зрительный проводящий путь, в конечном итоге нам необходимо признать существование «внутреннего человека», который превращает зрительный образ в правило. И что касается лингвистики, анализ языка, оказывается, заводит нас в тот же самый тупик, в который заводит и анализ зрения».16

Хомски и другие специалисты в области структурной лингвистики сочли необходимым принять без доказательств существование «глубокой структуры» самосознания, но они не знают, откуда она берется и как она функционирует. Материалистическая наука может многое объяснить с её химическими и физическими уравнениями, но она бессильна объяснить такие понятия, как «душа» и «дух». Стент продолжает в этом смысле:

«Иначе говоря, человек способен понять концепцию «смысла» только в отношении своего «я», что является основным источником и основным назначением семантических сигналов. Но концепции своего «я» нельзя дать явное определение. Значение своего «я» является интуитивно очевидным. Это очередная кантианская абстрактная концепция, которую мы приписываем человеку так же, как мы приписываем концепции пространства, времени и причинности природе».17

Концепция своего «я» может быть интуитивно очевидной, но её причина не настолько уж и очевидна, по крайней мере, для эволюциониста. Реальность своего «я» является очевидной даже с точки зрения натуралистической науки, но как «следствие», свое «я» должно иметь соответствующую «причину», и нет никакой натуралистической причины, которая могла бы объяснить её. Здесь необходим сверхъестественный Творец!

Всё это подводит нас к заключению, что основное назначение языка заключается не просто в общении между одним человеком и другим, а в общении между человеком и его Создателем. Бог говорит к человеку через Свое Слово, а человек отвечает Богу в поклонении и молитве.

Ссылки

  1. Исаак Асимов, «Шимпанзе рассказывают нам об эволюции», Science Digest, ноябрь, 1974, с. 89.
  2. Дэвид Пилбим и Стивен джей Гоулд, «Размер и масштаб эволюции человека», Science, Vol. 186, December 6, 1974, сс. 899, 900. Вернуться к тексту.
  3. Джородж Гайлорд Симпсон, «Биологическая природа человека». Science, том 152, 22 апреля, 1966, сс. 476, 477. Вернуться к тексту.
  4. Ноам Хомски, Язык и разум, издательство Harcourt, Brace, Jovanovich, Inc., Нью-Йорк, 1972, с. 67. Вернуться к тексту.
  5. Там же, с. 68. Вернуться к тексту.
  6. Гантер С. Стент, «Границы научного понимания человека», журнал Science, том 187, 21 марта, 1975, с. 1054. Вернуться к тексту.
  7. Там же, с. 68. Вернуться к тексту.
  8. Джон С. Холлер, Дж., «Отверженные эволюцией», издательство University of Illinois Press, Урбана, 1971, 228 сс. Вернуться к тексту.
  9. Scientific American, том 231, декабрь, 1974, с. 64, (информационное сообщение). Вернуться к тексту.
  10. «В Эфиопии обнаружены самые древние окаменелости человека», Science News, том 106, 2 ноября, 1974, с. 276. Вернуться к тексту.
  11. Джородж Гайлорд Симпсон, в цитируемом произведении, с. 477. Вернуться к тексту.
  12. Альберт С. Боу, История английского языка, издательство Appleton-Century-Crafts, Inc., Нью-Йорк, 1957, с 10. Вернуться к тексту.
  13. Л. Л. Кавалли-Сфорза, «Генетика человеческих популяций», Scientific America, том 231, сентябрь, 1974, с. 85. Вернуться к тексту.
  14. Там же, с. 89. Было отмечено, что даже возраст, подсчитанный автором, 50000 лет, явно слишком мал в рамках эволюционной временной шкалы. Однако даже он имеет существенный расистский подтекст racist connotations. Вернуться к тексту.
  15. Гантер С Стент, в цитируемом произведении, с. 1054. Вернуться к тексту.
  16. Там же, с. 1057. Вернуться к тексту.
  17. Там же. Вернуться к тексту.

Источник – www.icr.org





опубликовано материалов

Популярные статьи:

что такое гравитация? Кто создал Бога? Динозавры жили с людьми Тука и его удивительный клюв Уникальная планета Земля




Поддержите наш проект, разместив нашу ссылку на сайте своей организации, в своем блоге или на страничке социальных сетей.
"Разумный Замысел"
http://www.origins.org.ua
банер Разумный Замысел


Система Orphus
нижняя полоса сайта