Происхождение сознания [часть IV]

доктор философии Берт Томпсон и доктор философии Брэдд Харреб

(см. часть 1, 2, 3)

ТЕОРИИ ПРОИСХОЖДЕНИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО СОЗНАНИЯ

Холмз Рольстон в своих лекциях Гиффорда, которые он читал в 1997-1998 в Эдинбургском университете, сказал своим слушателям: «Люди на самом деле кажутся неким исключительным видом» (1999, с. 164). И это на самом деле так. И одна из вещей, которая делает нас «исключительными» - это реальность нашего самосознания. Эволюционисты признают, что, выражаясь словами Майкла Руза, «сознание – это реальная вещь» (2001, с. 200). Адам Зиман, комментируя факт того, что человеческое самосознание воспринимается интуитивно, описал, насколько оно «реально»:

«Первый момент, который воспринимается интуитивно, заключается в том, что сознание является здоровым явлением, которое заслуживает объяснений, а не отговорок. Сенсорные ощущения, такие как восприятие цвета, звука или боли - простейшие и самые яркие примеры сознания - являются феноменами, с которыми должно считаться любое полное мироописание… Второй момент заключается в том, что сознание связано с нашей физической сущностью… И третий интуитивный момент заключается в том, что сознание существенно выделяет нас среди других организмов. Кажется очевидным, что большая часть нашего поведения объясняется ментальными явлениями; если бы мы не могли видеть, слышать или ощущать прикосновение, мы не могли бы переживать боль или удовольствие. Если бы у нас не было сознательных желаний и намерений, мы не могли бы вести себя так, как мы себя ведем» (2001, 124:1282, жирный шрифт добавлен).

Однако сознание – это нечто большее, чем просто «реальная вещь». Оно важно, поскольку «сознание существенно выделяет нас среди других организмов». Стивен Джей Гулд назвал его «самым сильным из всех возможных изобретений эволюции, способным вселить страх перед Богом» (1997, с. ix). Йохансон и Эдгар практически со стыдом признали, что сознание «придает полноту нашим жизням» (1996, с. 107). Эрвин Ласло назвал сознание «наверное, самым знаменательным из всех явлений существующего и переживаемого мира» (1987, с. 116).

Такие комментарии ярко свидетельствуют о крайней важности человеческого сознания. Роберт Джан и Бренда Данн, авторы главы под названием «Духовная сущность науки», написанной для книги «Новые метафизические основания современной науки», прокомментировали значимость роли сознания, написав:

«Однако в наше время, по мере того, как наука и ее производные технологии устремляются во все более абстрактные и вероятностные сферы квантовой и релятивистской механики, роль духа или сознания,— не важно, божественного или человеческого, индивидуального или коллективного, - в структуре и функционировании физического мира неизбежно возвращается к более прагматичной и теоретической значимости, и больше не может небрежно отвергаться, если нашей целью на самом деле является исчерпывающее понимание природы»(1994, с. 157, жирный шрифт добавлен).

На самом деле, роль сознания «больше не может небрежно отвергаться». Возникновение сознания, которое сэр Карл Поппер и сер Джон Эклз назвали «величайшим из чудес»(1977, с. 129), должно каким-то образом быть объяснено — и этот факт с готовностью признают даже эволюционисты. Сам Эклз сделал такой комментарий: «...На сегодняшний день уже наблюдаются признаки того, что упоминание сознания или души может допускаться во время «утонченной» научной беседы, не вызывая при этом оскорблений, граничащих с непристойностями!» (1992, с. 234).

Далее мы приглашаем вас присоединиться к нашей «утонченной беседе» об осознании самого себя. Позвольте нам начать ее с замечания о том, что, по словам Эклза и Робинсона, «мы «по сути», «по большому счету» и в «в корне» не являемся зиготами; мы - личности, наиболее экстраординарные произведения из всех существующих» (1984, с. 51, жирный шрифт присутствует в тексте оригинала). Однако признание этого факта влечет за собой серьезные последствия, как они далее и отметили:

«Во всем этом присутствует леденящее кровь пренебрежение тем, что можно назвать только нравственной точкой зрения... Что такое нравственная точка зрения, и каким образом она соотносится с человеческим счастьем?... Не конкретизируя, мы можем сказать, что нравственная точка зрения начинается с осознания человеком факта собственной трансцедентности; признания того, что люди отличаются и возвышаются над всеми совершенно материальными явлениями, составляющими чисто материальный космос.

Даже если какой-то человек прошел специальную научную подготовку, он все равно в своем ежедневном восприятии находится под влиянием всеобъемлющей метафизики, которая придает определенный характер всем когнитивным, эмоциональным, социальным и эстетическим процессам — процессам, которые невероятно важны для серьезного вопроса о жизни» (курсив присутствует в тексте оригинала, жирный шрифт добавлен, сс. vii, viii).

Человеческие существа, несомненно, «отличаются и возвышаются над всеми совершенно материальными явлениями, составляющими чисто материальный космос». Добжанский и его соавторы откровенно признали: «Без всякого сомнения, человеческий разум отличает наш вид от всех других животных, не являющихся людьми» (1977, с. 453). Да, так и есть — очень сильно отличает! Возникает вопрос: почему? Каким образом общая теория эволюции объясняет возникновение полного сознания – «величайшего из чудес»? В данной статье мы намереваемся ответить на этот вопрос. Мы хотели бы рассмотреть и обсудить огромное количество предложенных теорий, которые, по нашему мнению, являются неудачными попытками объяснить происхождение человеческого сознания.

ТЕОРИИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО СОЗНАНИЯ

Вкратце говоря, существуют два основных подхода к вопросу, который большинство ученых и философов называют «проблемой разума/тела». В своей работе «Естественная история разума» Гордон Тейлор описывает их следующим образом:

«Эти ученые известны, как дуалисты и монисты, и мне не удастся избежать использования этих терминов. Дуалисты считают, что мозг и разум – это две различные сущности; монисты же предполагают, что это одна и та же сущность, рассматриваемая под двумя различными углами, если так можно выразиться… Однако я должен предупредить вас, что ни один из этих взглядов не выдерживает критики при более детальном изучении» (1979, сс. 20-21, жирный шрифт добавлен).

Мы хотели бы более детально исследовать эти две обширные группы и их подгруппы. Затем, завершая наше обсуждение темы сознания, мы хотим предложить третий, альтернативный вариант, который выдерживает «критику при более детальном изучении».

Дуализм

Концепцию, известную под названием дуализм, приписывают французскому математику и философу 17 столетия Рене Декарту (1596-1650), который, больше всего прославился своим изречением: «Я мыслю, следовательно, я существую». Однако интересно то, что идею дуализма выдвинул не Декарт (хотя именно ему она приписывается). Около 1200 лет до этого Августин написал в своем труде «Град Божий» (11.26):

«Не обманываясь и не питая иллюзий, я совершенно уверен в том, что я существую, что я знаю это, и я радуюсь этому. В том, что касается этих истин, я не боюсь аргументов приверженцев канонов философии, говорящих: «А что, если ты заблуждаешься?» Если я и заблуждаюсь - я существую. Тот, кого не существует, не может заблуждаться; поэтому, если я заблуждаюсь, по этому же признаку я существую» (см. Кастанс, 1980, с. 28).

Однако, в конце концов, именно Декрат «решил взять «себя» в качестве объекта исследования и применить все силы моего разума в избрании путей, которыми мне идти» (цитата из книги Финчера, 1984, с. 16). И пути, которые избрал Декарт, в конце концов, сделали его отцом теории интеракционизма разума/тела. В своей книге 1642 года «Рассуждение о методе, чтобы верно направлять свой разум и отыскивать истину в науках» Декарт выразил предположение о том, что разум настолько же реален, как и материя, однако был полностью отделен от материи, а значит и от мозга. Выражаясь языком Декарта, разум – это res cogitans (мыслящие субстанции), в отличие от мозга, который является res extensa (материальной или физической субстанцией). Декарт даже считал, что ему удалось найти фактическое «местонахождение» сознания в мозге – шишковидное тело. Арне Вайллер обобщил взгляды Декарта таким образом:

«Декарт… считал, что состояния разума и физические состояния взаимодействуют друг с другом посредством шишковидного тела мозга. Так возник дуализм разума/тела, который до сих пор влияет на современное научное мышление в этой сфере» (1996, с. 213).

Можно считать недостаточно сильным утверждением заявление о том, что дуализм «до сих пор влияет на современное научное мышление в данной сфере». Британский философ Гилберт Райл в своей работе 1949 года «Концепция разума», назвал дуализм «официальной доктриной» (с. 11). Комментируя эту фразу, австралийский физик и математик Пол Девис задался в своей книге под названием «Бог и новая физика» таким вопросом:

«Каковы основные характеристики дуалистической теории разума? «Официальная доктрина» звучит примерно так. Человек состоит из двух различных, отдельных друг от друга вещей: тела и души, или же разума. Тело является своего рода содержателем или вместилищем для разума, или даже тюрьмой, избавления от которой можно искать благодаря духовному возрастанию или смерти… однако разум (душа) находится не внутри мозга, и ни в какой-либо другой части тела; или может быть, даже не в каком-то определенном месте пространства… Важной чертой этой картины является то, что разум – это вещь, а если быть более точным – субстанция. Не физическая субстанция, а некая призрачная, иллюзорная, бесплотная субстанция (1983, с. 79, текст в скобках присутствует в оригинале).

Джеймс Трефил пришел к такому выводу:

«Одним из способов рассмотрения этого вопроса (практически наверняка неправильным) – было бы представить, что где-то в мозге есть некое «я», которое следит за окончательными результатами обработки сигналов нейронами. Суть этого взгляда заключается в том, что в «разуме» есть нечто, что превосходит работу физического мозга (или, по крайней мере, является его отчетливой формой). Французский философ и математик 17 века Рене Декарт выступал за эту теорию дуализма разума/тела, поэтому гипотетическое место, где проецируются ментальные образы, часто называют «декартовым театром»» (1996, сс. 217-218, текст в скобках присутствует в оригинале).

Захватывающая книга «Беседы нобелевских лауреатов», включает в себя запись серии «бесед», которые произошли в ноябре 1982 года в Истмустском институте в Далласе, штат Техас, между четырьмя нобелевскими лауреатами: сэром Джоном Экльзом, Ильей Пригожиным, Роджером Сперрри и Браяном Йозефсоном. Норманн Кузин исполнял во время этих бесед роль модератора. Послушав, как доктор Эклз и доктор Сперри обсуждают свои исследования, свидетельствующие, что разум оказывает значительное влияние на мозг, Норманн Кузинс был вынужден сказать:

«Когда мы видим такие доказательства, полученные в результате научных исследований таких нобелевских лауреатов, как Сперри и Эклз, демонстрирующих, что разум отвечает за мозг, мы внезапно осознаем, что эти их убеждения – нечто такое, что мы всегда знали, или, по крайней мере, всегда предполагали. Что нас так захватывает, когда мы слушаем этих людей – это не только элегантность их демонстраций, и даже не чисто рациональная сила их аргументов, а их обыденность... Оказывается, что мы соглашаемся со Сперри и Эклзом, поскольку то, что они говорят, кажется «правильным»» (1985, сс. 39-40, жирный шрифт добавлен).

Наверное, это объясняет, хотя бы частично, почему, как отметил Трефил, «этот так называемый дуализм разума/тела играл важнейшую роль при рассмотрении ментальной деятельности еще со времен Декарта» (1997, с. 181).

Но это еще не все, что сказал доктор Трефил. Он также прокомментировал: «На самом деле философы писали длинные и детальные статьи, критикующие декартовское мировоззрение» (1997, с. 181). Позже мы еще вернемся к идее из комментария Трефила о том, что «существует ощущение того, будто нечто такое, как процедура Декарта относительно вопроса о человеческом сознании остается обоснованной», поскольку он абсолютно прав в такой оценке. А теперь мы хотели бы остановиться на его заявлении о том, что философы писали «длинные и детальные статьи, критикующие декартовское мировоззрение».

На самом деле это так. То же самое делали и их коллеги из научных кругов. Земан в своем исчерпывающем обзоре по теме «сознание», в журнале Brain, отметил, что «существует глубокая неудовлетворенность по поводу декартовского разделения тела и разума» (2001, 124:1264). Совершенно верно. Однако, как признал выдающийся британский физиолог Лорд Е.Д. Адриан, «общее согласие по поводу отвержения дуализма не сопровождается всеобщим согласием по поводу принятия какой-либо другой идеи»(1965, с. 239). Таким образом, вопрос заключается в том, почему существует такая «глубокая неудовлетворенность»?

Довольно просто: глубокая неудовлетворенность декартовским мировоззрением о том, что тело и разум разделены, существует потому что: (a) такая концепция считается «ненаучной»; (б) она не соответствует эволюционным концепциям; и (в) что еще хуже (по крайней мере, по мнению многих), она имеет «теологический оттенок». Канадский антрополог Артур С. Кастанс обратился к этим вопросам в своей работе «Таинственная материя разума».

«Большинство ведущих мыслителей после Декарта отказались от теории интеракционизма. Это была гипотеза, не поддающаяся проверке. Но, главным образом, она вводила в общую картину нечто сверхъестественное, и перемещала данную концепцию из научной лаборатории в теологическую семинарию... Поэтому в ответ появилась решимость ограничить все физикой и химией, или, наверное, если выразиться более точно – физикой и математикой...» (1980, с. 31, жирный шрифт добавлен).

Киртли Матер из Гарварда выразился немного более резко, написав в своей работе «Терпимая Вселенная»:

«Мне не известны никакие научно доказуемые данные, которые поддержали бы идею о том, что человеческая душа – это некая отдельная сущность, вставленная в человеческое тело свыше или извне, и обитающая в нем на протяжении жизни человека... Таким образом, приравнивая человеческую душу с духовными аспектами жизни человека, мы делаем вывод, что душа, точно так же, как и тело или разум, является продуктом эволюционных процессов... (1986, с. 174, жирный шрифт добавлен).

Вот что сказал по этому поводу Сперри:

«Центральным требованием, выдвигаемым наукой, кажется отказ от дуалистических концепций и объяснение разума в соответствии с монистской-менталистской теорией. Такой переход от многообразных дуалистических сверхъестественных убеждений к монистической мирской вере, должен был означать, что нашу планету не стоит больше воспринимать или рассматривать, как переходный пункт на пути к какому-то лучшему будущему. Этот мир и эта жизнь в каждом из случаев, приобретает некую относительную добавочную стоимость и значение» (цитата из книги Кузинса, 1985, сс. 159-160).

Или, процитируем слова Матера: «Напрашивается неизбежный вывод. Судьба человечества – это судьба привязанного к земле существа. Спасения нужно искать только здесь, на этой планете» (1986, с. 157). Таким образом, Земан пришел к выводу:

«Предположение о том, что явления сознания идентичны соответствующим нейтральным явлениям, дает редукционисту, материалисту или физикалисту решение проблемы разума/тела... Почему сознание должно быть исключением из целого класса успешных преобразований явлений, которые раньше считались недоступными для науки?» (124:1282, жирный шрифт добавлен).

Книга Гилберта Райла «Концепция разума» сыграла критическую роль в том, что сегодня многие считают окончательным развенчанием дуализма Декарта. Райл четко заявил, что его цель – раз и навсегда уничтожить «официальную доктрину», которую он назвал «догмой призрака в машине» (сс. 15-16). По сути, именно он изобрел эту известную фразу.

Роджер Левин в своем рассуждении о человеческом сознании в книге «Сложность: жизнь на грани хаоса» предположил, что «дуализм Декарта доминировал в философском мышлении на протяжении трех столетий, до тех пор, пока британский философ Гилберт Райл успешно ее не уничтожил» (1992, с. 157). Яростное нападение Райла на дуализм Декарта было всего лишь первым из многих, которых последовали за ним. Е.О. Уильсон из Гарварда пришел к выводу:

«Практически все современные ученые и философы, эксперты в этом вопросе, согласны с тем, что разум, представляющий собой сознательный и рациональный вопрос – это работа мозга. Они отвергли дуализм разума/мозга Рене Декарта...» (1998, с. 98).

Или, как написал Майкл Лемоник в выпуске издания Time от 20 января, 2003 года, «Декарт был смертельно неправ» (161[3]:63).

Монизм

На самом ли деле Декарт был «смертельно неправ»? Мы предполагаем, что нет, это не так. И вскоре мы скажем по этому поводу больше. Однако сейчас мы хотели бы исследовать монистические теории сознания. Приступая к этой теме, неверное, следует разобраться с определением слова «монизм». В словаре American Heritage Dictionary слову «монизм» дается такое определение:

«Мировоззрение в метафизике, согласно которому реальность – это единое целое, и что все существующие вещи можно приписать или описать с помощью одной концепции или системы; доктрина, из которой формируются разум и материя, или к которой они сводятся, та же конечная субстанция или принцип бытия».

Говоря о концепции монизма, Руз предложил свою такую оценку:

«Сознание, в некотором роде, является просто проявлением физического мира. Спиноза и его современные последователи не хотят говорить, что сознания не существует, или что это просто материальная субстанция в традиционном виде. Сознание, очевидно, не может быть круглым, или красным, или твердым, или каким-то в этом роде. Сознание, скорее, в некотором смысле возникает или является одним из аспектов материальных субстанций. Другими словами, понятие материальной субстанции следует расширить от красного, круглого и твердого, и включить в нее сознание» (2001, сс. 199-200, жирный шрифт добавлен).

В соответствии с данным мировоззрением, человеческий мозг считается электрохимической машиной. Разум и мозг – едины, а разум является всего лишь продолжением физических механизмов мозга (и его существование/выражение полностью зависит от этих механизмов). Столп, на котором зиждется современная наука о мозге – материалистический монизм – утверждает, что все поведение является отображением функции мозга. Таким образом, согласно данному мировоззрению, все, о чем думает, что говорит или что делает человек, можно отнести на счет физических действий в мозге. «Разум», таким образом, сводится к набору функций, исполняемых физическим веществом в мозге. Такая ограниченная перспектива позволяет эволюционистам заявлять о том, что материя – это все, что есть, и что человеческий мозг и разум эволюционировали от животных более низких видов, и что у людей нет никакой «духовной» составляющей. Поэтому говорится о том, что нет никакого «призрака в машине».

На сегодняшний день «по большому счету, материализм, философская альтернатива дуализма, доминирует в современном восприятии сознания» (Левин, 1992, с. 157). Да, конечно же, так и есть. Лорд Адриан в главе «Сознание», написанной им для книги «Мозг и сознательный опыт», признался:

«… К началу столетия для психологов стало более престижным использовать монизм в качестве рабочей гипотезы, или даже быть искренними бихевиористами» (1965, с. 239).

Ныне покойный выдающийся британский электрофизиолог сэр Джон Эклз в своей книге «Человеческая душа», прокомментировал:

«Доминирующие теории о соотношении мозга/разума, которых сегодня придерживаются нейробиологи, чисто материалистичны в том смысле, что мозгу предоставляется полное господство. Существование разума или сознания не отрицается, но ему отводится лишь пассивная роль ментальных переживаний, сопровождающих некоторые действия мозга, как в психоневрологической идентичности, однако абсолютно без каких-либо эффективных воздействий на мозг... На самом деле, об этом редко заявляют так открыто, но, несмотря на все изысканные прикрытия, ситуация на самом деле такова. Эффективная причинная обусловленность для сознательного разума отрицается per se» (1992, с. 17, жирный шрифт добавлен).

Оценка доктора Эклза абсолютно справедлива и дает нам отправную точку, с которой мы можем начать наше исследование «доминирующих теорий соотношения мозга/разума».

Радикальный материализм (функционализм)

В данное время существует небольшая, но шумная группа философов, выступающих под титулом «радикальные материалисты». Выше мы приводили цитаты из книги Эклза и Робинсона, которые заявляли: «Существование разума или сознания никто не отрицает, кроме радикальных материалистов...» (1984, с. 34, жирный шрифт добавлен). По словам Эклза, в радикальном материализме «присутствует отрицание или отречение от существования ментальных явлений. Они просто иллюзорны. Проблема мозга/разума вообще не является проблемой» (1992, сс. 17-18). На сегодняшний день вряд ли можно найти человека более прославившегося принципиальным отстаиванием концепции радикального материализма, чем философ Дэниэл С. Деннет (университет Тафтс в Бостоне). Его почтение к работе Гилберта Райла беззастенчиво, и он написал уйму книг о человеческом сознании (1984, 1987, 1991, 1996, 1998), среди которых числится и книга под названием «Сознание объяснено» (1991). Говоря об этой книге и ее авторе, Эндрю Браун написал в книге «Войны Дарвина»:

«Трудно представить себе еще кого-то, кто набрался бы больше самоуверенности, чтобы написать книгу, назвав ее просто: «Сознание объяснено», или у кого хватило бы смелости после окончания работы над ней опубликовать данное содержание под таким названием. Это чудесная книга, однако, она вовсе не объясняет сознание. Основой мировоззрения Деннета, кажется, является мысль о том, что сознание само по себе – недостоверная категория, и единственный способ разобраться в ней – пересмотреть все термины касательно внешне видимых состояний и моделей поведения... Он посвятил всю свою жизнь изгнанию призрака из машины» (1999, сс. 153,154, жирный шрифт добавлен).

Пол Эрлич продолжил эту тему, написав: «В книге «Сознание объяснено» он предлагает интересный взгляд на проблему, однако не «объясняет» сознание так, чтобы меня это удовлетворило» (2000, с. 112). Его объяснения не удовлетворяют и никого другого. В своей книге 1994 года под названием «Как личность контролирует свой мозг», сэр Джон Эклз цитирует утверждение Деннетта с 21-й страницы книги «Сознание объяснено»: «человеческое сознание – это последняя из оставшихся загадок», а затем с оттенком иронии комментирует: «Оно остается загадкой и в конце его книги из 468 страниц» (с. 31). В обзоре книги Деннетта 2003 года «Эволюция свободы», который Гален Строусон, (профессор философии университета Ридинг в Англии и автор книги «Свобода и убеждения») написал для выпуска New York Times от 2 марта 2003 года, пишет:

«За последние несколько лет философ Дэниэл С. Деннет опубликовал две очень большие, интересные и влиятельные книги. Первая, под названием «Сознание объяснено» (1991), ставила перед собой цель объяснить все феномены сознания в общих теоретических рамках, установленных современной физикой. Эта книга потерпела неудачу, и стала известна под ироничным названием «Сознание проигнорировано»» (2003).

Деннетт на самом деле «посвятил всю свою жизнь изгнанию призрака из машины». Говоря о самом себе, а также о других своих коллегах, он писал:

«У других, теоретически более отважных исследователей, появился новый объект исследований – разум/мозг. Эта новая и популярная выдумка изящно выражает превалирующий материализм этих исследователей, которые с радостью признают перед всем миром и сами перед собой, что то, что делает мозг необычайно увлекательным и загадочным – это разум» (1991, сс. 38-39, жирный шрифт присутствует в тексте оригинала).

Как и следовало ожидать, радикальный материализм, за который выступает Деннетт, не пришелся по душе тем, кто верит, что сознание на самом деле существует, и что оно на самом деле имеет значение. Даже среди коллег-эволюционистов, идеи Деннетта вызвали значительную (и основательную) критику. Оценивая работу Деннетта, Трефил написал:

«Когда Деннетт подходит к проблеме сознания, возникает проблема. Когда я прочитал его книгу в первый раз, я запутался, потому что где-то на средине книги я начал думать: «Послушайте, да этот парень вообще не считает, что сознание существует!» ...Пока вы не объяснили, каким образом я пришел к такому важному выводу по поводу своего собственного существования, вы не решили проблему сознания. И, конечно же, вы не решите эту проблему, отрицая существование сознания. Прочтение книги Деннетта заставило меня представить, будто бы я читаю детальное описание работы коробки передач, а потом мне говорят, что такой вещи, как автомобиль, вообще не существует» (1997, сс. 182-184, жирный шрифт добавлен).

С именем Деннетта тесно связаны два аспекта радикального материализма. Первый – это то, что он лично называет «преднамеренной позицией» - словосочетанием, которое не без умысла стало названием одной из его книг (1987). Определение, данное Деннеттом в этой книге, звучало так: «Преднамеренная позиция – это стратегия прогнозирования и объяснений, характерная для убеждений, желаний и других «преднамеренных» состояний систем – как живых, так и неживых» (с. 495). Доналд Гриффин в своей работе «Разум животных» рассмотрел точку зрения Деннетта и пришел к заключению:

«Современный философ Дениэл Деннетт выступает за так называемую «преднамеренную позицию», анализируя не только сознание человека и животных, но и приводя многие примеры саморегулирующихся неживых механизмов... То, что он настаивает на включении таких простых приборов, как термостаты в расширенную категорию преднамеренных систем, заставляет его отрицать особый статус сознательных ментальных переживаний... Деннетт утверждает, что если нейрофизиологические механизмы появились, чтобы организовывать и управлять определенными моделями поведения, это исключает возможность того, что любые сознательные ментальные переживания могут сопровождать или влиять на такие модели поведения»... (2001, с. 263, жирный шрифт добавлен).

Гриффин, конечно же, прославился своими собственными исследованиями сознания животных. И именно поэтому он позже поднял вопрос о том, как работа Деннетта ставит под сомнение, что «сознательные ментальные переживания присутствуют у других видов» (с. 263). Однако позиция Деннетта ставит под сомнение сознание не только «у других видов». Больше всего он прославился тем, что усомнился в существовании сознания у людей.

Вторым аспектом радикального материализма, тесно связанным с именем Деннетта, является концепция «функционализма». Это мировоззрение появилось в результате тесных связей Деннеттта с сообществом, работающим над созданием искусственного интеллекта. Оценивая позицию Деннетта, Йохансон и Эдгар пояснили:

«Он заявляет, что сознание можно понять, применив метафору компьютера. Он рассматривает разум, как программное обеспечение для комплектующих мозга; как программу, которая записывает хронику нашего опыта, смонтированного и составленного из множественных проектов информации, поступающих в мозг. Согласно данной точке зрения, настоящий момент восприятия не важен по сравнению с последующим ментальным размышлением и обдумыванием, из которого возникает значение. Сознание – разум – это всего лишь продукт работы мозга...» (1996, с. 107).

Если это все кажется вам немного странным, позвольте заверить вас в том, что вы в этом не одиноки. На самом деле, даже сам Деннетт, как современный корифей функционализма, допускал, что его идеи довольно часто воспринимаются без дикого восторга. Белофф отметил:

«Отказываясь от рассмотрения третьего возможного варианта, я могу только согласиться с Джоном Сирлом («Заново открывая разум», 1992, с. 8), который сказал: «если ваша теория приводит к мнению о том, что сознания не существует, вы просто довели свою теорию до абсурда» (1994, жирный шрифт добавлен).

Мы согласны с этим. Предположить, что сознания (самосознания) не существует – это абсурд! В своей книге «Превыше естественного отбора», Роберт Вессон пришел к заключению:

«Самосознание – это особое качество разума… Самосознание отличается от обработки информации; даже когда человек сбит с толку и не способен четко мыслить, он живо осознает себя и свое замешательство. Сущность разума – это, скорее, не обработка данных, а воля, намерение, воображение, исследование и ощущения. И если какие-то виды мышления могут быть воссозданы компьютером, другие – не могут» (1997, с. 277).

Роджер Левин отметил:

«Говорить о том, что мозг – это компьютер – банально, потому что, бесспорно, то, что в нем происходит – это вычислительные операции. Однако пока что ни один созданный человеком компьютер не сравнится с человеческим мозгом ни по его умственным способностям, ни по дизайну... Способен ли компьютер думать? И, наконец, может ли компьютер создать некий уровень сознания, о котором говорят Ден Деннетт или Ник Хампри, или кто-либо еще?» (1992, с. 160).

Все это хорошие вопросы. И мы все знаем на них ответы, не правда ли?

Есть еще один последний момент, о котором следует упомянуть в связи с радикальным материализмом. В психологии у него имеется коллега – бихевиоризм. Пол Девис дал об этом собственный комментарий, написав:

«Материалист считает, что ментальные состояния и процессы – это ничто иное, как физические состояния и процессы. В сфере психологии материализм становится так называемым бихевиоризмом, утверждающим, что все люди ведут себя чисто механически, отвечая на внешние стимулы»(1983, с. 82, жирный шрифт добавлен).

«По мнению бихевиористов, существует только мозг, а разум – это всего лишь его ответвление (разум – это «эпифеномен», концепция, речь о которой пойдет ниже). В соответствии с бихевиоризмом, «разум не может существовать независимо, а вопрос возникновения разума является второстепенным после вопроса о возникновении и природе ткани мозга» (Кастанс, 1980, с. 21).

Однако такая позиция порождает целый ряд проблем. В своей главе под названием «Сознание» для «Энциклопедии невежества», Ричард Грегори описал некоторые из них.

«Каждый может с легкостью представить, как проводится наблюдением за состоянием отсутствия еды: сигналы, поступающие в определенные участки мозга, активируют поведение поиска еды; и мы можем описать как в животном, так и в другом человеке такое ощущение, как чувство голода. Намного сложнее постичь физиологическое состояние стыда, вины или гордости... Эта проблема очень важна. Она порождает вопрос о том, каким образом физиология связана с психологией, и вопрос о том, может ли сознание подвергаться влиянию или контролю в отдельности от физиологических изменений (1977, сс. 278-279, жирный шрифт добавлен).

Бихевиоризм переживает сейчас тяжелые времена – по ряду причин, некоторые из которых перечислены ниже словами Белоффа, который назвал бихевиоризм «методологически необоснованным, философски ложным и идеологически пагубным». И это были еще самые добрые его слова. Читайте дальше.

«Мое первое обвинение против бихевиоризма заключается в том, что он, по словам Альдуса Хаксли, совершает «первородный грех интеллекта: упрощенчество». ...Во-вторых, я считаю, что бихевиоризм несовместим с истинной моралью… Мы пришли к выводу, что он методологически необоснован, философски ложен и идеологически пагубен. Однако, в конце концов, наверное, самой вопиющей его ошибкой является очевидная глупость, которая его характеризует, как самое странное интеллектуальное заблуждение двадцатого столетия» (1962, сс. 47,48,49, курсив присутствует в тексте оригинала, жирный шрифт добавлен).

В своей книге 1994 года под название «Как личность контролирует свой мозг» сэр Джон Эклз подверг резкой критике то, что он назвал «вызовом всем материалистам». Среди других он жестко раскритиковал Френсиса Крика и его коллегу Кристофа Коха, назвав их работу «вульгарной научной фантастикой» (с. 30). Однако самую жесткую критику он приберег для бренда радикального материализма Дэниэла Деннета, назвав функционализм «убогой и пустой теорией» (с. 33). Зачем характеризовать функционализм, используя такую терминологию? Выражаясь бескомпромиссным языком Джона Сирлза, «… можно очень просто выдвинуть еще более глубокий протест: эта теория упустила из вида разум» (цитата из книги Зимана, 2001, 124:1283, жирный шрифт добавлен).

Панпсихизм

В своем классическом труде «Выступления, обращения и обзоры мирянина» Томас Х. Хаксли написал главу под названием «О физическом основании жизни». В этой главе содержится такое утверждение: «Мысли – это выражение молекулярных изменений в материи жизни, которая является источником всех других жизненных явлений» (1870, с. 152). Лорд Адриан заключил: «...Теперь мы можем добавить, что нет нужды прибегать к экстрафизическим факторам, чтобы объяснить публичную деятельность мозга ...Сознание – это логическая конструкция… Оно возникает, когда интегрируются несознательные процессы; его линия отсчета в индивидуальном и в царстве животных произвольна» (1965, сс. 239-240,246).

В этом заключается сущность мировоззрения, известного под названием «панпсихизм». Когда Грегори задался вопросом, «в чем связь между сознанием и материей или функциями мозга?» (1977, с. 274), он затронул самую суть панпсихизма, концепции о том, что «некое первобытное сознание присуще всей материи, предположительно даже атомам и элементарным частицам» (Эклз и Робинсон, 1984, с. 37, жирный шрифт добавлен). Эклз и Робинсон прокомментировали радикальный материализм, который мы обсуждали выше:

«Альтернативный вариант – придерживаться панпсихизма. Все панпсихисты уклоняются от проблем, предполагая, что во всей материи существует протосознание, даже в элементарных частицах! В соответствии с панпсихизмом, эволюционное развитие мозга связано с развитием и усовершенствованием того, что и ранее было свойством всей материи. Просто оно более эффективно проявилось в сложных строениях мозга животных более высокого уровня развития» (с. 14, жирный шрифт добавлен).

Хаксли сказал об этом так: «Разум является функцией материи, когда эта материя достигла определенного уровня организации» (1871, с. 464). Но есть одно возражение. Цитируя слова Эклза, несмотря на то, что «предполагается, что вся материя облагает внутренним ментальным или протопсихическим состоянием, поскольку это состояние является неотъемлемой частью материи, оно не может на нее влиять» (1992, с. 17, жирный шрифт добавлен).

В соответствии с данным убеждением, сознание все-таки существует, во всем времени, и во всех материальных вещах. В случае с людьми, так «случайно произошло», что оно достигло «определенной степени организации», которая позволила сознанию проявиться, и породила самосознание в качестве конечного результата. Однако после того, как все это произошло, как верно отметил Руперт Шелдрейк, «сознательное «я» обладает реальностью, которое не является простой производной материи» (1981, с. 203). Пол Девис прокомментировал: «У нас по-прежнему нет ни малейшего представления о том, как связаны между собой разум и материя, или какие процессы изначально привели к возникновению разума из материи»(1995). Несколько недоговаривая, Зиман признался: «У нас нет четкого понимания того, какого рода качества могли сделать физические явления ментальными по своей природе» (2001, 124:1284). Вовсе неудивительно, что Эклз и Робинсон пришли к такому выводу: «[Панпсихизм] не находит никакого подтверждения в физике» (1984, с. 37). Мы можем только добавить, что он не находит никакого подтверждения и где-либо еще!

Эпифеноменализм

Внимательный читатель уже заметил, что во время нашего обсуждения концепции сознания мы, время от времени, использовали термины «эпифеномен», «эпифеномены» или «эпифеноменализм». Мы намеренно откладывали обсуждение эпифеноменализма до этого момента, так как лучше всего его будет рассмотреть среди суждений монистов-материалистов, которые мы здесь рассматриваем.

Эпифеноменализм, по словам Эклза, - это мировоззрение о том, что «ментальные состояния существуют в связи с некоторыми материальными явлениями, однако совершенно иррелевантны с точки зрения причинной обусловленности» (1992, сс. 17). Словарь New Merriam-Webster Dictionary определяет эпифеномен, как «вторичный феномен, сопровождающий другой феномен, и вызванный им». Например, патологоанатомы часто используют это слово, описывая вторичные симптомы определенной болезни. Поэтому, когда Эклз говорит о том, что эпифеноменализм предполагает существование ментальных состояний, которые, однако «иррелевантны с точки зрения причинной обусловленности», он высказывает мысль о том, что, как и в случае с заболеванием, симптом не является причиной чего-либо, а сам вызван чем-то. Точно так же, по сути, и работает эпифеноменализм.

Еще в 1870 году Шэдворт Ходгсон в своей книге «Теория практики», предположил, что сознательные ментальные явления были обусловлены физическими изменениями в нервной системе, однако сами по себе не могли стать причиной каких-либо физических изменений. Как отметил один автор по данному вопросу, «подобно гудку локомотива (который никак не влияет на локомотив), или тиканью часов (которое не влияет на часы), они были обусловлены (и сопровождались) физическими явлениями, однако сами по себе не выступали в качестве причинных агентов. В немного более современной терминологии это были эпифеномены...» (Glynn, 1999, с. 8, текст в скобках и жирный шрифт присутствуют в тексте оригинала).

Человек, который однажды сам назвал себя «бульдогом Дарвина», Томас Генри Хаксли (1825-1895), придумал термин «эпифеноменализм» в статье «Двухнедельный обзор»  в 1874 году. Для него было самое время зародить такую концепцию, поскольку, как объяснил Белофф,

«...среди ученых в конце 19 века преобладало стремление искать причины нашего поведения в одном только мозге... Для эпифеноменалиста мозг был машиной, как и все остальное в природе, а разум был всего лишь пассивным отражением нашей деятельности» (1994).

Хаксли, таким образом, предположил, что подобно тому, как журчание ручья является побочным продуктом движения воды, и разум, хотя и отличается от мозга, тем не менее, является его побочным продуктом. Мозг, таким образом, порождает разум, как и ручей порождает журчание. Однако разум не может никоим образом влиять на мозг, точно так же, как и журчание никак не может влиять на ручей. И это все назвали термином эпифеноменализм» (Кастанс, 1980, с. 23).

На сегодняшний день, с точки зрения редукциониста-материалиста, эпифеноменализм - настолько же хорошее объяснение, как и любое другое, поскольку «насколько мы можем судить, ментальная активность всегда ассоциируется с нервной активностью» (Глинн, с. 9).

Гриффин писал:

«Сознательное мышление может быть ключевой функцией  центральной нервной системы… Тот факт, что мы осознаем всего лишь незначительную часть того, что происходит в нашем мозге, заставил многих ученых прийти к выводу, что сознание является эпифеноменом, или банальным промежуточным продуктом функционирования нервной системы (2001, с. 3, жирный шрифт присутствует в тексте оригинала).

То, что человеческое сознание называют «банальным промежуточным продуктом» или «побочным эффектом», кажется верхом глупости (если не тщеславия). Когда нас просят думать о самосознании, как о «симптоме» или о «заболевании» (мозга) – это не намного лучше. И, очевидно, мы не единственные, кто так думает. В своей работе «Чудо быть человеком: наш мозг и наш разум», Эклз и Робинсон назвали концепцию эпифеноменализма «ахинеей».

«Казуальную теорию эпифеноменализма не следует путать с обычными причинными законами физических наук. Последние ограничиваются тем, как сила и материя распространяются во времени и пространстве. Однако в случае с эпифеноменализмом мы имеем дело с радикально другой сущностью –нементальной сущностью — которую признают нематериальной и нефизической. Если она вообще существует, то тогда, по определению, она не может состоять или ограничиваться материальными элементами или их комбинациями. Говорить о том, что она «возникает» из них – это, увы, «ахинея»» (1984, с. 55, курсив присутствует в тексте оригинала, жирный шрифт добавлен).

Однако почему это так? Эти два автора продолжили свою мысль:

«Однако заметьте, что при любом чисто физическом взаимодействии, никогда не является необходимостью, чтобы явление А вызывало явление B; так происходит условно, согласно строению и законам физического мира, что явления типа А происходят, чтобы породить или обязательно приводят к явлениям типа B. Соответственно, говорить о том, что состояния мозга естественным причинно-следственным образом приводят к ментальным состояниям, - значит признавать, что могло бы быть и наоборот. Все чисто естественные явления могли бы быть другими, чем они есть. Таким образом, эпифеноменалист, принимающий причинно-следственную теорию отношений мозга/разума, никогда не может доказать, что мозг необходим для того, чтобы был разум. Нет ничего логически противоречивого в утверждении о том, что существует разум без мозга и/или существует мозг без разума... Как только допускается, что существуют истинно ментальные (нефизические) явления, из этого следует, что исчерпывающая опись физической вселенной и ее законы должны быть неполными, как опись реальных экзистенций, потому что ментальные явления упускаются из вида. Если разум может существовать в дополнение к материи, разум может существовать и без материи» (с. 55, жирный шрифт присутствует в тексте оригинала).

Вот тебе на! Ни один эпифеноменалист добровольно не захотел бы заходить так далеко, можем вас в этом уверить. Разум без материи? Эклз и Робинсон, конечно же, абсолютно правы: «Говорить о том, что состояния мозга… приводят к ментальным состояниям – значит признавать, что может быть и наоборот». И положение эпифеноменалиста еще больше ухудшается, как отметил Аян Глинн в своей книге «Анатомия мысли: происхождение и механизмы работы разума».

«Если ментальные явления являются эпифеноменами, они не могут иметь какой-либо ценности для выживания. Борьба за выживание по Дарвину – это борьба в физическом мире, а если ментальные явления не могут иметь физического эффекта, они не могут влиять на результат этой борьбы. Однако если они не могут влиять на результат – если они не имеют ценности для выживания – почему у нас должен был эволюционировать мозг, который делает эти явления возможными?... То, что сознательные мысли становятся возможными – это не важно, ведь мысль, которая просто сопровождает поведение, не влияя на него, будет проигнорирована естественным отбором…

Даже если представление о том, что ментальные явления являются эпифеноменами правдиво, оно не объясняет большинство моментов, что нуждается в объяснении. Почему определенные физические изменения в нервной системе провоцируют чувства или мысли? Даже эпифеномены нуждаются в объяснении... Поэтому, несмотря на многообещающее начало, представление о том, что ментальные явления являются эпифеноменами, не вывело нас из трудностей, в которые нас завели здравый смысл и физика» (1999, сс. 10,11-12, жирный шрифт добавлен).

Кажется, что мы все время возвращаемся к этой фразе – «здравый смысл». И это справедливо! Было бы его побольше в размышлениях философов и ученых о человеческом сознании!

Читать далее





опубликовано материалов

Популярные статьи:

что такое гравитация? Кто создал Бога? Динозавры жили с людьми Тука и его удивительный клюв Уникальная планета Земля




Поддержите наш проект, разместив нашу ссылку на сайте своей организации, в своем блоге или на страничке социальных сетей.
"Разумный Замысел"
http://www.origins.org.ua
банер Разумный Замысел


Система Orphus
нижняя полоса сайта